Суббота, 24 Ноябрь 2012 21:30

О смутном времени

Автор top68.ru

Размышления

400 лет назад, в ноябре 1612-го, раздираемая междоусобицами, разоренная нашествием захватчиков, Русь чудом воспрянула из пепла.
Время, названное смутным… Что мы знаем о нем, кроме растиражированного похода ополченцев под предводительством Минина и Пожарского и ставшего нарицательным подвига крестьянина Ивана Сусанина? Да практически ничего.
А ведь в те поистине лихие годы страна наша стояла в шаге от пропасти, имя которой - небытие.

Хлад и голод

Историки расходятся во мнениях при определении даты начала смутного периода. Кто-то считает таковой смерть Ивана IV Грозного, умершего, как известно, в 1584 году. Другие ведут отсчет страшных для Руси лет с момента гибели в Угличе царевича Дмитрия Иоанновича, третьи - его брата Федора.
В одном они солидарны: катализатором бедовых времен послужили три страшных, три роковых года, которые предки наши наверняка называли не иначе как преддверием конца света.
Подряд, начиная с 1601 по 1603 год, крестьян придавило к земле великое бедствие - неурожай. По селам, где в поисках пропитания обдирали всю кору с деревьев, будто косой выкашивали в окрестностях щавель и крапиву, кликушествуя, пророча беды большие и малые, бродили убогие странники.
Студеный ветер гулял по закоулкам заброшенных изб. Стремительно росли холмики могил на погостах. Каркало алчное воронье, откормившееся падалью. Звериным своим нутром почуяв слабость людскую, осмелевшие волки безнаказанно шныряли по деревням, оглашая окрестности заунывным воем.
Казалось, сама природа ополчилась против русичей. Вдобавок к неурожаю, резко похолодало. Все эти три года заморозки случались даже летом, а снег ложился уже в сентябре. Можно только представить смятение людей, ничего не ведавших о землетрясении вулкана Уайнапутина в далекой Перу, 19 февраля 1600 года выбросившем в атмосферу Земли огромные массы пепла. Именно оно, по мнению ряда ученых, и вызвало зимнюю аномалию, обрекшую на мученическую смерть сотни тысяч человек.
Смутно было на Руси. Смутно и страшно. Повальный голод убивал слабых, превращая сильных в зверей - в опасных хищников. Помещики, не имея возможности прокормить своих холопов, выгоняли их из усадеб, обрекая тем самым на медленную смерть. Стар и млад погибал в покорности, а самые крепкие уходили в леса, где под сенью листвы, будто грибы после дождя, росли разбойничьи отряды, насчитывающие порой, как известная банда атамана Хлопка, несколько сотен человек.
По городам и селам тревожно звонили колокола, слышался лихой варначий посвист. Вечернее небо часто озаряло жаркое пламя горящих усадеб. Крепкой власти не было в провинции. Не было ее и в столичной Москве.

Царско место пусто не бывает

Отчаявшиеся голодные люди толпами стекались в столицу, с мольбами и проклятиями прося помощи у власть предержащих. Однако разовые попытки накормить страждущих лишь усиливали хаос безвластия. Боярам было не до мужичья - в палатах началась борьба за место на царском троне, который с 1598 года занимал Борис из рода Годуновых.
Шаткостью его положения, обусловленной, прежде всего, не царским происхождением, воспользовались недруги.
По стране от города к городу, от села к селу тихим ужиком поползли слухи о том, что царевич Дмитрий - убиенный младший сын Ивана Грозного - не умер и собирается покарать узурпатора наглядно.
Понять, откуда ветер дует, в принципе было несложно, проследив за первыми шагами самозванца Лжедмитрия, отправившегося за покровительством к польскому королю Сигизмунду и получившего после принятия католичества от оного благословение на московский трон.
Понятно, что за такой богатый подарок надо было платить. И лжецарь всея Руси выдал щедрый аванс, посулив передать полякам Смоленск и Северские земли. А в довесок, в обмен на руку и сердце дочери воеводы Мнишека, аферист ничтоже сумняшеся посулил невесте (фактически прирезал к Речи Посполитой) поистине царский подарок - города Новгород и Псков.
Рассудив, что такая овчина стоит выделки, пан Мнишек снарядил Лжедмитрию войско, составленное из запорожских казаков и польских наемников, которое в 1604 году пересекло границу России и победно, разбив у Новгород-Северского дружину воеводы Мстиславского, двинулось на Москву.
А в престольной после смерти Бориса Годунова вновь воцарилось безвластие. Армия отказалась присягнуть шестнадцатилетнему сыну Бориса Федору, свергнув его, а затем умертвив вместе с матерью.
20 июня 1605 года под всеобщее ликование Лжедмитрий торжественно вступил в столицу. Московское боярство во главе с Богданом Бельским публично признало его законным наследником и князем Московским.
Летопись столичных интриг и заговоров продолжили князья Шуйский, Голицын и Куракин, сделавшие ставку на стоявший под Москвой новгородско-псковский военный отряд, готовившийся к походу в Крым.
Умело «заквашенный» - народ возмущался засильем прибывших на свадьбу Лжедмитрия поляков - дворцовый переворот произошел в ночь с 16 на 17 мая 1606 года и привычно уже завершился жестоким убийством авантюриста-самодержца.
Оправдывая пословицу «свято место пусто не бывает», на престол спешно взобрался один из вдохновителей восстания - представитель суздальской ветви Рюриковичей боярин Василий Шуйский. Но воцарение его ни мира, ни благоденствия Руси не принесло.

Кровь, слезы и лавры

В том же году в южных окраинах страны вспыхнуло восстание Ивана Болотникова, ознаменовавшее очередную волну движения «воров», то есть людей, в чаянии царствования нарекших себя популярным в верхах именем и титулом - царевича Дмитрия.
Лжедмитрий второй, или Тушинский вор, как его еще называли по месту расположения штаб-квартиры войска, развязал на Руси самую настоящую гражданскую войну, в ходе которой часть городов поддержала действующего царя Шуйского, а часть встала на сторону претендента.
Почуяв вкус богатой добычи, хаосом междоусобицы не преминули воспользоваться крымские татары, чья стотысячная орда в 1607 - 1608 годах совершила опустошительные набеги на южные окраинные и северские земли.
Впервые за долгие годы крымчаки переправились через Оку и тайфуном прокатились по центральным областям России, грабя, убивая, захватывая в рабство население, сжигая дома и хозяйственные постройки.
Разгоралось пламя войны и на прочих русских землях, под шумок оккупируемых польскими и литовскими отрядами.
Отчаянно нуждаясь в войсках, «отец народа» Василий Шуйский проявил расточительную щедрость, заключив со шведами так называемый Выборгский договор, по которому в обмен на 15-тысячный отряд солдат к шведской короне отходил весь Корельский уезд.
С помощью наемников русское войско действительно одержало ряд побед над литовско-польскими частями. 12 марта 1610 года полки Скопина-Шуйского триумфально вернулись в столицу. Но радость длилась недолго: прохворав до 29 апреля, воевода-победитель скончался. Смерть его расстроила поход под Смоленск, восемь месяцев сдерживающий осаду войск польского короля Сигизмунда III.
Королевские ратники, к которым примкнули отряды запорожцев, один за другим захватили города северской земли. При штурме было варварски уничтожено население Стародуба и Почепа. Устрашенные расправой, на милость врага сдались обыватели Чернигова и Новгород-Северского.
4 июля в Клушинской битве русско-шведское войско Дмитрия Шуйского и Якова Делагарди, преданное перешедшими на сторону поляков немецкими наемниками, было разбито. Путь на Москву оборонять стало некому…
При известии об этом в столице произошел очередной переворот. Спасая свои головы и владения, бояре присягнули на верность польскому королевичу Владиславу. Однако грабежи и насилия иноземцев вызвали волну народного гнева, в ноябре 1612 года «смывшую» захватчиков сначала из Москвы, а позднее и всей России.
В начале февраля 1613 года представители всех сословий, включая крестьян, на Земском соборе из четырех кандидатур - вот ведь где нашла приют демократия! - крикнули в царя Михаила Федоровича Романова, чья династия худо или бедно правила Россией 304 года.
После этого на истерзанных войной просторах государства стало спокойнее. Но наивно было бы полагать, что мир да благодать воцарились мгновенно.
До лета 1614-го бузил на юге не согласный с решением Собора атаман Иван Заруцкий. На верхнем Поволжье бунтовали казаки атамана Баловня, подступавшие даже к стенам Москвы. На столицу нацеливали бег своей конницы и большие польские отряды пана Лисовского и гетмана Сагайдачного.
Волнения и кровавая междоусобица смутного времени улеглись лишь к 1618 году, успев нанести России тяжелейшие раны. Государство потеряло выход к Финскому заливу, а вместе с ним Смоленск, западную и значительную часть восточной Карелии.
Но территориальные потери не шли ни в какое сравнение с уроном хозяйственным. В разоренных уездах центра страны площадь пашни сократилась в 20, а численность крестьян - в четыре раза. В западных окраинах дела обстояли и того хуже.
Русским людям - людям мужественным и упорным - предстояло возрождать экономическое и военное могущество Родины практически с нуля.

Автор: Владимир Поветкин


http://www.top68.ru/study-of-local-lore/i-bylo-vremya-zhestoko-i-smutno-15252

Прочитано 3526 раз
бюро экологического проектирования, 23expert.ru сделать узи платно, med-express.info